В которой главный герой сначала ведёт неприятные разговоры с местной администрацией, а потом попадает на оружейный рынок.

         ГЛАВА 6.

         Ведя свою речь князь Мстислав обращался больше к своим людям и к княгине. Меня он игнорировал. Может быть вообще считал, что мне среди них не место, но об этом помалкивал. Не знаю собрал-ли он сведения о родне княгини Млады или ещё только послал людей узнавать. К своим титулам они относились тут весьма трепетно и чужака просто так в свои ряды на равных принимать не спешили. Тем более, что о родне Млады в целом были осведомлены много раньше. Братья у неё конечно были, но вот никого с именем Андрей не нашлось. Это с одной стороны, а с другой имя христианское, так что как звали до крещения тоже никто не знал. Пока не спрашивали хотя Млада и предупредила меня, что бы если уж допекут, то назвался Всеволодом. Был у неё оказывается такой старший брат, но пропал давно безвести.

         Летучая сотня, точнее полсотни, что шли через наши земли, с выставленным князем Мстиславом заслоном так и не встретилось. По глупости молодого боярина, служившего в должности сотника. Мои соглядатаи исправно приметили отряд, и подали сигнал дымами, но только сотник повёл себя неверно. Не оставив в поле рати он повёл свои десятки в лес на встречу врагу. В результате сам налетел на засаду и пока был связан боем с малочисленным заградительным отрядом, основной отряд, а вместе с ним и неведомый доселе ордынец, преспокойно ушли с проводниками в сторону. После их следы обнаружили уже в мстиславовых землях, как говорится, глубоко в тылу.

         Всё что смог сделать боярин-сотник, так это побить татей в лесу при этом ещё и потеряв двоих - попали на сделанную ещё замошцами ловчую западню, где одного ратника бревном и пришибло. Второго стрелой достали. Полдесятка раненых и двое убитых против трех тел ворогов, остальные скрылись в лесу по известным им тропам. Такой плачевный итог операции.

         В результате сотник ворвался в Замошье и сам повел себя, как тать приказав свести всех в один сарай и держал там под охраной. Тиуна Пафнутия избил и вместе с двумя сыновьями приволок, но не к князю Мстиславу, а в отцово имение, чтобы там допросить с пристрастием. В общем, сплошное превышение полномочий. И сохло бы ему с рук, - эка невидаль мужика с домочатцами запороть? Только вот мужик попался не простой – тиун княжеский. Так что теперь назревал скандал. Никто не может просто так хватать и избивать чужих тиунов. В любом другом случае, кроме нашего, это грозит ответными действиями оскорбленной стороны. Это с одной точки зрения, а с другой стороны сил тягаться с дружинами Мстислава у княгини Млады не было.

         Ситуация была патовой. Княгиня сидела вся белая от злости. В целом я её понимал. Фактически ей продемонстрировали, что с её титулом считаться не намерены, и её земли Мстислав давно уже считает своими иначе не позволил бы себе учинять разорение в чужих, но дружеских землях. Всё остальное было просто словами и домыслами. Важны были только дела.

         Я с грустью подумал, что если бы не эти новопоселенцы, для заключения земельного договора с которыми мы и прибыли в город за писарем, то момент в общем-то для меня вполне подходящий: ещё раз напомнить мысль о том, что лучше бы уехать отсюда на новгородчину или псковщину. Тем более что можно верительные грамоты на Мстислава оформить да за такую вотчину не мало золота получить. Но момент был упущен. Раз уж стали принимать народ у себя да вести разговор с новопоселенцами о предоставлении им земель, то теперь уже ничего не поделаешь. Прирастать к месту начал, как сказал бы Семён Семёнович.

- Мстиша, ты моего тиуна к себе в поруб посадил, да ещё и с сыновьями его, - тихо заговорила княгиня. Было видно, что ещё немного, и она сорвётся в крик и истерику.

- Твой тиун ворогов на мои земли привёл, - парировал Мстислав.

Посмотрел на меня и продолжать не стал.

- Тиуна своего и прочих мы с собой заберём, - пришлось вступать в разговор мне. Какой же я князь если сижу и отмалчиваюсь, когда мою сестру серьёзно притесняют?

- А сам-то ты кто таков будешь? - грозно приподнялся над столом Мстислав. Был он примерно такой же комплекции, как и я, но несколько моложе.

- Я князь Андрей, старший брат княгини Млады, если ты, князь Мстислав, запамятовал. Тебе от меня грамоту передали? Передали. Предупреждение ты получил. Мои люди провели ворога до самых твоих земель. Что же ты такого неопытного сотника им на встречу выслал, да ещё и с неполной сотней? Может то не вороги по её, - я кивнул на Младу, - земле шли, а твои людишки? Можешь не отвечать - мне не интересно. А вот то, что сотник твой, как тать себя ведет, - за это тебе, князь, ответ держать.

- Так ты не грозишь-ли мне? - притворно удивился Мстислав.

- Нет, Мстислав, не угрожаю я тебе. К ответу призываю. Если ты по Правде живёшь, то отдашь нам и людей наших и дашь сотнику твоему допрос учинить.

- Не бывать такому, - отрезал Мстислав, - я своим людям сам спрос учиняю. Кто ты такой, чтобы от меня такое требовать?

- От твоего имени отец Никифор с воеводой ко мне приходили и допрос учиняли, аль ты забыл уже?

- Полноте вам, - вступил в разговор отец Никифор до этого молчавший, - не о том речи ведёте.

Весь разговор происходил в тереме князя Мстислава, куда мы были приглашены. Помимо меня, самого Мстислава, княгини Млады и отца Никифора в комнате присутствовал ещё воевода и управный боярин. Я был в своём доспехе. Воевода тоже. Остальные, включая Мстислава, без броней. Сидели мы, как водится, за столом с пирогами да яствами, но есть желания не было. Разговор с самого начала выдался сложным. Мстислав говорил резко, хотя на крик и не срывался. Ещё бы, после нашего письменного предупреждения, о котором знала уже масса людей, вся ответственность за дальнейшее ложилась на него. Если вороги пройдут в княжество рязанское, как задумывали, то к ответу Великий князь призовёт именно его. Если у него ни одного погрома не будет, если ни с одной деревни в полон не уведут, то для всех получится, что это именно он всё затеял. Не хорошо для него получится. Всё это мне ещё до разговора с Мстиславым поведала княгиня Млада. Самому то откуда знать?

- Ворог по нашей земле ходит, как у себя дома, а вы тут друг с другом лаетесь. И ещё напомню вам, заблудшим, что вы братья во Христе, - говорил нам отец Никифор. Вообще само его присутствие на подобном совещании говорило о многом. Права Млада - не так он и прост этот служитель церкви.

- О том думать надо, как ворога изловить. Сим же иродом, дорогу ворогам показавшим, мы все допрос учинять будем. Тиун тот свободный, и вред от его дел князю Мстиславу. Посему и ответ перед князем Мстиславом держать должен. О действиях злонамеренных княгиня в письме своём упредила. Посему не ей за тиуна своего ответ держать. О боярине, сотней командующим. разговор особый. Сначала надо понять так-ли неправедно он поступил. Посему предлагаю вам выехать на место взяв с собой кого нужно да на месте вдвоём дело порешить. Я же здесь пока с Пафнутием, как человек о душе его заботящийся, переговорю. Может и раскается он. Тебе, княгиня с ними ехать тоже не дело. Именье свое проведай, да и здесь брата своего дожидайся.

- Мастак ты, отец Никифор, людей по углам разводить. Ну так тому и быть, - отозвался Мстислав. На меня он не глядел.

Я тоже кивнул соглашаясь.

- Помнишь-ли, князь Андрей, о чём давеча мы с тобой уговор держали,- спросил отец Никифор повернувшись ко мне.

- Помню, что молельный дом поставить обещал, как не помнить, - отозвался я, - да и ты мне человека в тот дом отрядить обязался, что бы он служил там.

- За слугой Божьим дело не встанет. Отправлю к тебе отца Николая, а ты уже позаботься, что бы келья ему нашлась.

- Позабочусь. Только нет у нас сейчас строительного леса, так что сруб готовый поставим. Только вот не знаю есть-ли у артельных срубы правильные?

- Нешто люди не помогут дом божий возвести? Ты сруб ставь и доски приготовь, а остальное, так уж и быть, на себя возьму.

На том и порешили. Собственно, я и так хотел к артельным заехать и посмотреть, как так со строительным лесом, да досками. В наше время в книжках можно было встретить всякие разные упоминания, что сруб избы, например, за три дня ставился. Только он и в моем обычном настоящем тоже за три или пять дней ставился. Заказываешь в фирме и тебе привозят уже готовый. Они же и собирают. Почему-то читая книжки думалось, что здесь от момента повалки дерева до сруба такой срок. Оказалось, не так это. Дерево для сруба лучше зимнее брать - его потом крутит меньше и трескается оно меньше. Дольше гнили сопротивляется. А в остальном законы природы что здесь, что там у меня одни и те же. Дереву просохнуть надо, да ещё под гнётом, что бы потом вело меньше. Если из сырого ставить, так развалит сруб-то, а если и не развалит, то дыры в стенах такие будут, что никакой паклей не закроешь. Вот и пользовались для постройки заранее заготовленным лесом.

Второй момент в том заключался, что, во-первых, не каждое дерево в лесу на сруб годилось, а второе, не каждое дерево рубить дозволялось. Были тут ещё, несмотря на двести лет христианства, сильны традиции предков вообще, и волхвов, в частности. Те волхвы больших городов сторонились, но по деревням властную силу имели. Так что без их ведома лесоповалом заниматься было нельзя.

Вообще в княжествах и боярских вотчинах были свои лесозаготовители и свои места сушки, но после невзгод прошлого года в княжестве Млады возник серьезный недостаток строительного леса, так что на молельный дом проще было купить, чем на год откладывать пока свой нарубят да просушат.

Ещё одним моментом, заставляющим обращаться в артели, были доски. С пилами тут был серьёзный недобор. Что бы пилу сделать нужен прокатный стан. В условиях же кустарщины, когда кузнецы работали каждый в своей кузне и секретами мастерства делиться не спешили, - да и не было много возможностей этими секретами делиться, - изготовление простой пилы становилось сложным и кропотливым делом. Хорошо, если кузнец имеет много подмастерьев и знает, как валки отковать да обработать, что бы с их помощью уже горячий металл в полосу тянуть. Но знали это далеко не все кузнецы. Да и железо тут было, мягко говоря, не ахти. Использовали так называемое болотное железо, которое долго восстанавливали до крицы. В северо-восточной Руси была проблема не только с железной рудой, но и с каменным углем. Без каменного угля, на одном древесном или торфе, или буром угле больших температур не достигнешь. Железо в печах сильно выгорает и полезный выход низкий. Само же железо плохого качества получается. Поэтому, как говорится, не до пил.

Однако доски тут делали. Валили хорошее дерево, обрабатывали топорами доводя до чего-то похожего на брус и кололи клиньями на доски. Получались те доски с плохой поверхностью: неровные, с буграми и сучками. Класть такую доску на крышу ещё можно, а вот на пол – ходить замучаешься. Все ноги себе изорвёшь. Поэтому доски те или потом плотницкими топорами строгали, как мы электрорубанками, или строгали протягиванием через стружечные ножи. Последнее позволяло за проход, максимум два получить хорошую ровную доску одинаковой или точнее близкой толщины. Но это требовало своей механизации и выполнялось артелями в цехах на продажу. Впрочем, пилы или их подобия тут были, но в плотником деле большого распространения не получили из-за быстрого износа, большой стоимости и малого количества. Что говорить, когда привычный стальной серп для ручного сбора урожая, того что полукругом, как месяц, и с мелкими зубьями, был тут далеко не в каждом хозяйстве. Предпочитали рож убирать деревянными, в которые вставлялись острые, как бритва, внешне похожие на гитарный ключик, пластинки из.. Из чего они были - я не знал. Какой-то камень, наверное. Странный, правда. камень. Больше всего это было похоже на материал ставших популярными в начале ХХI века керамических ножей. Но керамические ножи считаются вещью технологичной. Там и состав керамики подобран и условия вроде высоких давлений и температур. Так что вероятнее всего это что-то другое.

Так что хоть здесь, хоть через семь сотен лет, а в плотницком ремесле мало что изменилось. Даже стругальные станки остались хотя лошадей да человеческий труд батраков сменили электролошади двигающие гибкие распилочные ленты или вращающие барабаны рубанков. Хочешь сам доску коли и потом зиму коротай стругая полы, а хочешь - готовое покупай.

Опыт работы с неподготовленной древесиной был у меня приобретен ещё раньше. Когда мы с женой купили полтора куба необрезной доски и в ручную пилами и рубанками из неё мебельный щит делали. Так что такое работать с деревом я узнал. Тогда за время работ было конечно куплено много современного электроинструмента, но и рубанком вдоволь поработал. Не простое это занятие. А в этом времени тем более. Может именно поэтому нет тут мебели в нашем понимании. Нет шкафов, например. А зачем шкаф, если дома все деревянные, а дерево имеет дурную привычку гореть? Сундук окованный надежнее будет. Его хоть вытащить из пожарища можно. Так что на сундуки спрос был и их делали, как и столы и скамьи, а вот сервантов и шкафов, как кресел здесь не знали.

***

Вышли из мстиславового терема мы часа через четыре. Сам Мстислав остался у себя, отец Никифор сразу пошел по своим делам. Боярин тоже удалился, так что остались только мы с княгиней Младой. Правда воевода Просвет пока тоже не спешил уходить. На улице нас ждали прибывшие с нами люди. Были это отобранные в моё войско отроки, Василий с братьями для заключения земельного ряда, и ещё Савл с парой мужичков из ватаги, - вызвались по делам в город, но на деле охрану меня и княгини организовали, а то Василий человек новый, что от него ждать не понятно.

Завидев нас Василий поднялся, подошел к воеводе и, что меня удивило, в пояс поклонился и поблагодарил душевно.

- Полноте, - заулыбался воевода, - раз ты место для дома своего нашел, то не меня благодари, а вот князя Андрея.

Василий поклонился и мне тоже.

Дальше условились, что княгиня с Савлов и Василией все официальные дела сами порешат, а я отправлюсь с отроками в оружейную лавку. Узнав, куда я собираюсь, воевода из вежливости решил оказать содействие, а может ему просто не было сейчас дела. Так что верхом на конях мы отправились в оружейные ряды. Безлошадные отрок двинулись пешком, но от нас не отставали, так как мы же не спешили ведя лошадей шагом без поводий.

- Скажи мне, воевода, - начал я, - ты куда моих воев задевал, что я с донесением отправил?

- В детинце у меня пока отдыхают.

- Чего же назад не отправил?

Воевода почесал лоб.

- Мало ли как вы с Мстиславым поладите, - наконец нашел что ответить он.

- Из-за тиуна что ли этого да сотника вашего? То пустое. Что надо мы уже сказали, завтра соберёмся да съездим посмотрим, что к чему. Надо - значит надо. А в остальном лучше бы вы тиуна того совсем прихлопнули да так, как будто его вороги побили.

- Э-эк, - только и выдал воевода и озорно подмигнул. Мы друг друга понимали.

- О десятнике не забыл-ли? Я вот уже отроков набрал. А учить их некому.

- А вот пусть Митрофан и идёт к тебе под начало. Так, думаю, по правде выйдет.

- Кто таков?

    - Боярин молодой, что сотником. Сын боярина Пантелемона Порфирьевича. Это который вашего тиуна стращал. Он вой хороший, только не сотней ему командовать. Десятник он и не больше. Только ты, князь, уж обещай клятвенно, что ничего там с ним не учудите в отместку.

- Не учудим. На тиуна-то мне и вовсе плевать, сам его убрать с тиунов хотел. Недоимки за ним большие, - пояснил я на немой вопрос воеводы, - а вот то, что он ворога упустил...

- Сам его чуть не прибил, - откликнулся воевода, - таких воев потерять, эх, - он махнул обреченно рукой.

- Но ты, князь, всё-таки его не сгуби.

- Обещал уже. Ты лучше скажи сколько ему за службу платить? И будет-ли Мстислав возражать?

- Так Мстиславу вся эта суета, что случилась, как нож по сердцу. Добрый он у нас. Не в меру даже. О Мстиславе не думай. Я ему потом шепну - думаю послушает. А насчёт довольствия, то тут как сотнику ему и мой князь уже платить не будет. Если как десятнику, то мало всё же.

Воевода потёр подбородок.

- Вот что, князь. Ты ему, как наставнику в детинце плати, тогда и ему по чести будет и тебе за отроков переживать не придётся.

- А учил-ли он когда отроков?

- За то не беспокойся.

- Тогда надо его сейчас и к делу приглашать. Мы же за оружием да бронями в лавки едем.

- Вот оно как, - протянул воевода, - а я грешным делом подумал, что себе ты хорошей сбруи взять хочешь.

- Не без этого. Вот думаю, что и ты может чего посоветуешь?

- Не моего это ума дело - князьям советовать, но ты уж, князь, прости, но смотрю я на тебя и диву даюсь. Доспех такой знатный, что как прошлый раз увидел, так спать два дня не мог...

- Это ты медовухи накушался, - рассмеялся я.

- Да что той медовухи и было-то? - обиделся воевода, - нет, не с того я. Доспех, говорю, у тебя знатный, а зарубок на нем и не видно. Оружия какого ты не носишь, однако ездишь везде без страха. Чудный ты князь, вот что тебе скажу.

- Эх, Просвет, знал бы ты, как же мне это надоело. Только и слышу чудный, да чудный. Ну неужто нужно палицу в руках постоянно держать, что бы чудным не называли?

- Палицу-то не к чему, конечно, - смутился воевода, - но есть люди кому мысли нехорошие бронный да безоружный навевает.

- Это кто же такие?

- Хоть тати, что за нами приглядывают, - мы уже въезжали в торговые ряды, - хоть отец Никифор. Думаешь он забыл о том дьяволовом копыте?

- И ты в это веришь? - удивился я.

- Не то что бы, но с воями своими, которые теперь твои, я переговорил крепко. Странно всё там у вас как-то вышло. Я ведь поздоровее тебя, князь, буду и то сколько не пытался для показу палкой ткнуть - вои говорят, что не так ты делал. Вроде как и вовсе только коснулся, а смерда по траве бросать начало и изнутри толкать, так что голова, руки да ноги дергались. Отцу Никифору я о том не говорил, - сразу зачем-то предупредил воевода, а я лишний раз убедился, что народ тут не глупый, а в чём-то и поумнее кое-кого будет.

- Пустое всё это. Мало-ли от чего бывает. Мужик мой один, что тоже там был, так тому падучая привиделась.

- Может и падучая, - с сомнением глядя на меня ответил воевода, - о том дополнительно спрос учинять треба, но мне оно и не надо вовсе. Я вот что тебе, князь Андрей, скажу. Хоть я и крещеный, - он непроизвольно посмотрел по сторонам не слышит-ли кто посторонний, - но мне всё равно какие там черти у тебя на службе. Если от беды Русь защищать своего живота не жалея будешь, то хоть черти, хоть кто лишь бы за правое дело против ворога. Ну а если не так... Ох, смотри, князь.

Воевода сжал кулак.  Под нос мне не сунул, всё-таки я князь, но пригрозил. Кулак у него был большим. Два моих сложить, так больше их будет. Вот рождает же Русь-матушка богатырей. Им бы ещё ума поболе к силушке-то.  Впрочем, воеводу глупцом назвать нельзя было, а то что выглядит простовато, так то и хитрость могла быть.

Мы доехали до оружейных лавок и остановились.

***

Купить оружие на Русь было и просто, и сложно одновременно. Собственно, как и во все последующие века, пожалуй, кроме века двадцатого. Штатного оружия армии, как такового не существовало, за отсутствием единой армии. В княжествах всё было по-разному. Чаще всего дружинники закупали оружие и амуницию самостоятельно. Вновь прибывшие, как правило уже имеющие опыт не только кулачных сваток, экипировались тоже самостоятельно. В княжествах покрупнее, где сами князья дальновиднее, помимо основной дружины формировалась ещё и малая дружина. Как правило из боярских отпрысков подросткового возраста. Им оружие закупали родители. Реже княжеская казна.

Потому и оружейные ряды в городах были делом обычным. Собственно, вооружены тут были все. Другое дело, что не у всех были деньги на дорогое хорошее оружие, да и не всем по роду занятий, оно было нужно.

Какой-то утвержденной номенклатуры как правило не существовало, но исходя из тактики, формировался более или менее устойчивый список, по которому следовало вооружать войско, чтобы оно перестало быть вооруженной толпой.

Конных подразделений было мало. Бояре с сыновьями и только. Потому основу регулярных войск составляли пешие ратники. Соответственно и вооружены они были длинноклинковым оружием. В данной местности это была пика, чем-то близкая к бердышу. Ещё на вооружении стояли метательные сулицы. У дружины средние прямые мечи. У полурегулярного ополчения или резерва - пращи и топоры. Последние особо не выделялись так как вооружено ими было обычно ополчение, и мужики чаще всего брали в поход свои рабочие топоры. В крайнем случае на ближайшей кузне перековывали их в боевые. Тоже самое было и с косами да вилами. - все эти предметы, в случае если князь скликал на исполчение, перековывались в боевое оружие. Нас в будущем в школах учили пословице, мол перекуём мечи на орала. В действительности оказалось всё в точности наоборот. Железные предметы быта в крайней нужде перековывались на военные цели. Как в последующие века будут собирать всю бронзу в том числе и церковные колокола и лить из них пушки.

Для мстиславовой дружины оружие закупалось по специальному заказу. Даже своего рода госприёмка была, но, как и в последующие времена там, где казна платила, там и полно людишек, жаждущих за счёт казны свой кошт поиметь. Так что длинномеры и тут продавались в штучном количестве и по больше части были представлены традиционными русскими рогатинами с которыми и на ворога идти и на медведя – всё едино. Примерно также в наше время можно купить охотничье огнестрельное оружие, за тем серьезным различием, что здесь оружие подавалось свободно, были бы деньги.

Там, куда меня со спутниками, привел воевода лавок в смысле рыночных рядов не было. Скорее это был городок оружейников отгороженный от остальной части города довольно высоким, хоть и не таким толстым, как стены крепостниц, забором. Внутри огородки был разбит частью палаточный, а частью сарайчатый городок. Вот в этих палатках и торговали оружием. Здесь же можно было его попробовать. Разрубить чучело, например,если силёнок и навыка хватит, или пометать учебные сулицы.

Воевода принял от подошедшего парня в красной рубахе корец с квасом и отпив передал мне. Там оставалось ещё не меньше половины, но квас пришелся кстати. Больше передавать было некому, - новобранцы-отроки толпились в стороне и раскрыв рты глазели по сторонам, - так что я, по обычаю, допил всё до дна и перевернув корец отдал.

Воеводу тут естественно знали. Так что когда он, а вслед за ним, и я спешились, к нам подошел дородный купец в плечах не уступающий воеводе, по ростом ему по грудь и, чинно поклонившись, приветствовал.

- Князь Андрей, старший брат княгини Млады с южных земель, - представил меня воевода, - а это боярин Антип.

Надо же боярин, а я почему-то подумал, что купец.

Раскланялись.

- Антип, князь Андрей хочет у себя дружину держать и детинец ставить. Помоги отроков сих собрать.

- Ты, как князь Андрей их собирать удумал? - это он уже ко мне обращается.

- Да пока мыслю, как и у тебя, воевода, пусть будет, - откликнулся я.

Воевода покрутил ус и опять спросил:

- Казна-то твоя сдюжит если как у нас будет?

- Сдюжит, за меня не боись, - в тон откликнулся я.

Антип стоял рядом молча, но никакого удивления на столь вольный диалог между воеводой и князем, пусть и чужим, не выказывал. Уже после воевода мне объяснил, что Антип был знатным боярином с длинной родословной и по знатности рода был не из последних. Основным же занятием его было следить за состоянием княжеской оружейной палаты с того и доход имел. Были под ним и кузни, только местное железо ни в какую на оружие не годилось. Не то что ростовское или то, что с Белой Руси шло не говоря уже о фряжском. Так что здесь он в основном правил старое да порченное оружие. Перековывал для ополчения, да оценивал всякое инородное, от басурман пришедшее.

Уговорились, что отрокам моим подберут кольчуги с поддоспешниками, шлемы, щиты, окованные железом, пики да кистени. Пока служки Антипа общались с моими новобранцами прикидывая, какой размер им нужен, сам Антип обратился ко мне:

- Ну а ты, князь, сам для себя ничего не желаешь?

- Хочу я, Антип, хороший русский лук купить. Может порекомендуешь чего? Да и саблю бы я присмотрел для конного боя.

- Такого товара у меня нет. Но пойдем.  Просвет ты тут за хозяина пока посидишь?

Воевода только рукой махнул: идите, мол.

Вдвоём мы прошли чуть-ли не на другой конец этого странного оружейного городка-в-городе, именуемого оружейными лавками. Здесь было ристалище. Похоже, что для метателей сулиц, лучников и прочих, кто тут ещё пользовал дистанционное оружие. Пройдя стрелковое позиции мы оказались в царстве ножей.  Собственно, здесь были всего две лавки, но представляли они собой крытые дранкой веранды, в которых были выставлены стенды с ножами. Ножей тут было много. Столько же в одном месте я видел только на ежегодных выставках "Клинок" и "Охота и рыбалка на Руси" в своем времени.

- Сейчас выбор невелик, но подобрать по руке можно будет, - сказал Антип. Это он так шутит?! Это у него выбор невелик?! Я промолчал лишь кивнув.

Подбежал здешний служка. На этот раз парень был в обычной холщевой белой с вышивкой рубахе. Видимо только у Антипа служки щеголяли на работе в красных рубахах. Далее традиционное "чего изволите?".

Видимо завидев Антипа появился хозяин ножевой лавки. Поклонился и остался молча слушать.

Ножевая лавка была впечатляющей. Я прошелся вдоль стендов. Попробовал на руке пару ножей. Потом взгляд зацепился за довольно интересный нож по форме и размерам напоминавший казачий пластунский. Такими ножами награждали казаков за пять, если память не изменяет, удачно проведенных операций. Конечно в этом времени казаков ещё не было, да и не знаю я в точности, как выглядел пластунский нож. Просто ассоциация сработала. Баланс у изделия оказался весьма приличным. Нож прочно захватывался практически во всех положениях легко переходя из одного в другое. Конечно искусством ножевого боя я не владел, да и не интересовался никогда особо, но простейшие перехваты всякий знает. 

- Хороший нож, он для души, - сказал владелец лавки, наблюдавший за моими действиями.

- И сколько за него хочешь?

Названная цена меня вполне устроила. Поговорили лишь о ножнах и перевязи.  У меня возникло желание носить его низко крепя к ноге. На поясе и так были уже ножны с отличным охотничьим ножом. Ну а второй? Не помешает. Не такая уж и тяжесть.

- Не буду мешать. Пусть выбирает, - сказал, как бы сам себе Антип и добавил тихо, - Говорил мне Просвет, что у Млады брат дюже чудной, но что бы настолько, - он даже головой качнул.

Как же мне надоела эта чудность! Чем не этот раз им не угодил? Ну чего же у них ничего за зубами не держится?! Ладно, промолчу. Тем более что под самым потолком я увидел выставленную на показ казачью шашку. Правда это могла оказаться вовсе и не казачья, а кавказская.

Что бы понять - нужно было посмотреть вблизи.

- Покажи-ка мне, братец, вот ту цацу, - сказал я рукой показав, что именно я хочу увидеть. Владелец лавки только бровью повел, а служка уже полез наверх доставать саблю.

- Что знакома вещица басурманская? - поинтересовался Антип, когда я принял в руки саблю и оголил клинок. С хитрецой так поинтересовался. "Честь Долг Отвага" было травлением нанесено на одной стороне клинка и "За веру и отечество" на другой.  Шашка оказалась казачьей.

Рукоять крепилась на винтовым соединении. Была и проушина на тыльнике. Такой вещи здесь, в этом времени, просто не могло быть.

- Откуда это у вас? - спросил я.

- Да чужак один ещё в том годе запродал. Вот с тех пор и висит. Больно хороша, но не наша. Может на праздник кто из пришлых гостей купит. Потому как без гарды, на и тыльник рукояти сломан. Может камень какой тут был?

- Сколько ты за неё хочешь? - объяснять зачем проушина я не стал. Уж точно не для декоративного камня или накладки. Такие проушины появились уже в 19-ом веке после столкновений с турецкой армией и служили для того, чтоб ствол ружья в них вкладывать.

- Так за гривну отдам, - заломил цену владелец лавки.

- За гривну я дом построю. Не много-ли хочешь?

- Так то дом.

- Десятнику за полгода столько платят.

- А что десятник? Такую вещицу в век не сыскать.

- А чужак тот сейчас где знаешь-ли?

- Не знаю, - развёл руками владелец лавки, - не видывал более.

- Так ты у него небось за полкуны выкупил, а с меня целую гривну просишь?

- Вот тебе крест, князь, не за полкуны, - торг шёл своим чередом.

- Так сколько же ты хочешь?

- Этот клином хороши сделан. Не затупятся, не сломаются. Будут долго служить, - начал свою песню продавец.

- Не тяни кота за хвост.

- Зачем кота?

- Поговорка такая. Сколько хочешь?  Считай, что мы уже поторговались.

- Без торга?

- Без торга.

- Четыре куны, если уж мы поторговались, - хитро прищурился продавец.

- Что же. По рукам. Неси остальные и перевязь не забудь.

- Не было никакой перевязи.

- Была, ты забыл, как мы торговались.

- Была, была, - Антип уже в голос смеялся, - не тяни нам идти надо.

- Ладно.

Нам принесли остальное. Осмотрев всё, я остался доволен.

- Когда шли я приметил, где луками торгуют, - обратился я к Антип, - Что скажешь?

- Пойдём. Сегодня лучного торга нет, так что там сейчас только Лукич. Но то и лучше тебе будет.

Это даже лавкой назвать нельзя было. На стенде стояли несколько луков с натянутой тетивой.  Имелись мишени, имелся стол и лавка. За столом восседал высокий сухопарый мужик. Больше никого включая служек не было.

- Это Лукич, - представил мне мужика Антип, - Лукич, покажи князю свой товар.

Лукич поднялся и поклонился, как водится.

- Вот товар, князь, смотри что тебе в руку ляжет.

С луками я познакомился совсем недавно. После первого путешествия сюда. Даже купил себе хороший блочный лук и научился из него стрелять. Не быстро и не слишком метко. Мой лук по документам имел силу максимального натяжения шестьдесят, разрешенных законом, фунтов, но безмен показал все семьдесят, когда хорошие люди регулировки правильные сделали.

Не скажу, что стрельба из лука - простое занятие. Нужны специальные силовые тренировки, как минимум с эспандером и эластичной лентой из тугой резины, что бы вообще натянуть тетиву. Это у обычного рекурсивного лука можно недотягивать, а у блочного только с максимальной длиной хода тетивы работают и не иначе. Под конкретного стрелка ход тетивы подстраивают.

Здесь, в этом времени, если верить книжкам, нормальным для боевого лука усилием считалось натяжение от двадцати до сорока с лишним кило, но иногда указывались цифры до фантастических восьмидесяти килограмм. Но это только по книжкам.

Что только не выдумывали в тех книжках. И что начиная с двенадцатого века была специальная мера длины "перестрел". Почему-то её определяли, как 225 метров. Не больше и не меньше. Откуда это число?  Авторы помалкивали. Хотя достаточно перевести метры в ярды, и мы опять упираемся в тот же английский эпос о 250 ярдов. Впрочем, легенды про некую сверхсилу лука были не только в западно-русском эпосе, - стрела с самого Киева прилетела и троих пронзила в ставке Батыя, например, - но и в британском. Яко бы на показательных соревнованиях в XV веке стрелы, выпущенные их луков на дистанцию двести пятьдесят ярдов пробивали двух дюймовую дубовую доску. Меня всегда в этом случае смущало то, что будь "древние" луки столь мощными, то как же вообще появилось и быстро вытеснило их огнестрельное оружие? Ведь даже с гладкоствольного бердана образца середины XIX века прицельная стрельба на такие дистанции была невозможна не говоря уже о энергетических возможностях пули. Если же вернутся к лукам и эпосе о пробитой на двухсот ярдах двухдюймовой доске, то тут напрямую можно проследить заимствование из английского исторического эпоса в русский. Сокращения в тексте читать не умеем, вот и превратились восемьдесят фунтов в столько же килограмм. А если в фунтах, то вполне реалистично получается. Что-то около тридцати пяти кило. Хотя для этого тоже сила нужна немалая. Далеко не все не слабые люди смогут с таким тугим луком управиться.  Учитывая, что такой лук из натуральных материалов будет весить не мало.

Конечно "лучные сказки" имели под собой былинные основания, но насколько эпос отражал действительность особенно если учесть считавшуюся нормальной тенденцию к завиранию скомарохов?

Вот мне и захотелось проверить потому, как тянуть свой блочник мне было уже сложно.

Помогать с выбором мне никто не спешил так что пришлось действовать без подсказок. Хорошо, что в своём времени потренировался и хотя бы знал с какой стороны к нему подходить.  Сначала выбор пал на неброский, без инкрустации лук примерно метр шестьдесят в длину с тетивой, отстоящей от древка сантиметров на двадцать. Здесь он для большинства считался уже ростовым.

Взял в руки, попробовал натяжение - вроде тетива идет при умеренном усилии. С рекурсивными не как с блочными. Требуемое усилие возрастает постоянно при натяжении, поэтому если начальное усилие кажется слишком большим, то возможно на полную его и не удастся вывести - просто силы не хватит. По привычке развернувшись к мишеням я в один приём выбрал всю дугу натянув тетиву до скулы, как привык со своим луком. Не скажу, что усилие было каким-то уж очень большим.

Думаю, фунтов на сорок, не больше. Я постоял немного удерживая тетиву щепотью. Вроде ничего, но надо бы что-то помощнее.

Лук не вызывал отрицательных эмоций. Плавно сняв натяжение, - нельзя тетивой щелкать в холостую, - я отставил оружие назад в пирамиду и взял более массивный экземпляр.  Этот лук даже в руке лежать не хотел. Слишком толстая рукоять. Так что сразу и назад поставил.

Перебрав почти все я опять вернулся к первому. Всё бы в нем хорошо, но ещё бы мощи по более. Стоял так в задумчивости разглядывая лучную пирамиду пока до меня не дошло, что ко мне обращаются.

- Князь, вот попробуй этот, - сказал Лукич.

Откуда-то на столе появился длинный берестяной ящичек в котором удобно примостилось древко лука примерно в мой рос или чуть поменьше с довольно сильно для взгляда загнутыми назад, к спине лука, рогами.

Рукоять, обмотанная кожей без лишних украшений, казалась удобной для хвата. Даже выточка под стрельную полку была видна. Изделие мне сразу понравилось. Есть в вещах что-то такое, когда сразу понимаешь - вот оно совершенство.  Плавность линий совмещалась с дарующей ощущение основательности массивностью.

Лукич бережно достал оружие и двумя руками передал мне.

- Это один из лучших, что мне удавался, - сказал он.

Опаньки. Не торгаш, а сам мастер. Даже странно.

- Рукоять его из дуба, кибить у него клеенный с можевеловым животом и берёзовой спинкой, силой оленьих жил наполненный, но ещё тут есть подзоры булата самаркандского. Древесину для него я специально в нужный день готовил. В соли его варил, на чистом воздухе сушил. Лучше и сильнее лука ты, князь, в мире не сыщешь.

Скорее всего тут всё так и было сделано, но рукоять обмотана кожей, так что только плечи на половину из-под кожи выступают, да и они хорошо то ли берестой, то ли ещё чем очень плотно обмотаны. Рога так и вовсе лакированными кажутся. Ещё и сверху вощенкой нитью обмотка, так что видно внутренней конструкции конечно, не было.

Я принял лук из его мастера. Жаль, что тетива не натянута. Опозорюсь ведь, да ещё и с любимым детищем. Впрочем, у Лукича на его стенде имелась и пятка, так что процесс натяжения стал более контролируемым.

Натянуть этот лук оказалось не просто. Если бы не пятка на земле в которую упирался нижнее плечо, то вряд ли я вообще бы смог что-то сделать. Но получилось, хоть и не сразу. В результате я упарился в конец до того, что дыхание уже было прерывистым и из легких свистело.

Пока отдышался - разглядывал находящийся в руках лук. Изначально его дуги были выгнуты за горбинку центральной части, так что после натяжения они встали только с легким прогибом к тетиве. Расстояние от рукояти до тетивы не больше пятнадцати сантиметров - меньше, чем у первого, понравившегося мне, лука.

Попробовал в одно движение вскинуть. Куда там. Этот лук был намного сильнее предыдущего. Ладно, будем тянуть не спеша. Я развернул корпус чуть влево и приготовился начать движение с полусогнутых ног.

Натяжение тугого мощного лука происходит всем телом. Начинается оно с ног, потом разворачивается корпус. Силы одних рук может хватить только на первые пару выстрелов, да и то если хватит. Так что работать надо всем телом и лишь потом, когда тетива с хвостовиком стрелы уже возле лица, руками выравнивается вертикаль и производиться прицеливание. Работает всё: ноги, поясница, спина, плечи. По-другому никак.

С второго раза удалось зафиксировать тетиву близ скулы. По всему выходило что это был мой предел. От напряжения лук начал слегка гулять.

Сбросил натяжение и вернулся к столу. Лукич молча выложил две стрелы с чёрными, наверное, смолёными, древками. Ровными, на ощупь гладкими и твердыми. После упражнений с луком, вес стрел, исходя из ощущений, понять не удавалось. На лице его ничего не отражалось. Жаль хоть по реакции понять насколько я сейчас облажался.

Так же молча я вернулся на исходную. Тем же движением вскинул оружие на этот раз со стрелой. Прицела не было, да и сила натяжения была заметно больше, чем у меня раньше, так что первый выстрел по ближайшей цели прошёл в стороне от чучела. Вроде как бок ему оцарапало, но не уверен, так как стрела прошла дальше. Подготовил второй выстрел. На этот раз получилось лучше.

- На вырост пойдёт, -  без тени иронии сказал Антип Лукичу.  Тот молча кивнул.

- Смотри, князь, здесь запасные тетивы хранятся, - показал Лукич скрытое кожаным клапаном отделение к тубусе, где хранился лук. Две длинные, как у тебя сейчас, и ещё две короткие - позволят тебе всю силу сего лука получить, если у самого силы достанет. Вот ещё шелковая тетива есть и нить для обмотки. Знаешь небось, как пользовать? - спросил Лукич, а я только кивнул в ответ.

- Сейчас этот лук сильнее тебя, но ты справишься, - от опытного лучных дел мастера конечно же не укрылось, что лук у меня в рука гуляет, пусть и не сильно, но больше полудюжины выстрелов зараз я не сделаю - сил не хватит, - Тут вот навершие рогов тебе в запас, воск для натирания и канифоль для тетивы. Всё тебе для лука даю, ничего более не понадобиться. Если ты о нем заботиться будешь, то он и тебе и твоим детям верою прослужит.

Короткая тетива действительно оказалась сантиметров на четыре короче, но смог бы я добрать эти четыре сантиметра? Скорее всего нет. В целом лук мне понравился. Как-будто специально для меня сделан. Лучная полочка и седло удачное - стрела плавно выходит. Не трется, в сторону не отворачивает.

Я спросил про цену. Цена оказалась заоблачной, но Антип одними глазами показал - не торгуйся.  Торговаться я не стал, спросил про стрелы. Ещё за полгривны мне было обещано сотню хороших стрел. Ладно и с этим торговаться не буду. Тем более, что в комплекте оказался ещё хороший кожаный колчан на два десятка стрел и налуч, в котором лук нужно было переносить, когда тетива натянута. Конечно всё это было идеально подогнано друг к другу.

Получив товар мы отправились назад.

***

- Где вы ходите-то? - встретил нас обиженный воевода.

Оказалось, что за покупками мы потратили часа два если по положению солнца судить - наручных часов я естественно не носил. За это время он успел полностью экипировать моих отроков и даже, от скуки видимо, преподать им урок местной строевой подготовки, так что отроки выглядели, как загнанные лошади.

- Да князь Андрей с Лукичём долго пробыл, - пояснил Антип.

- И как? - заинтересовался воевода.

- Купил, - коротко ответил я.

- Ух ты, ну и хорошо, а я тебе меч хороший присмотрел. Вот.

\Воевода взял со стола массивный меч в кожано-берестяных ножнах и обнажил клинок. Меч был прямым обоюдоострым примерно с три четверти метра длинной с широким клинком. Литая рукоять была обмотана черной кожей и инкрустирована серебряными вставками. Без излишеств, но приятно.

- Князь взял уж себе, - сказал Антип.

- Да-а? А не покажешь?

- Вот, - я вытащил из ножен шашку и показал. Скрывать смысла небыло.

- Татарская что-ль7 - отозвался воевода, но в руки взять не просил.

- Может ему с коня сподручнее рубить? Что скажешь Андрей, с коня привычнее?

Вдаваться в объяснения о отсутствии навыков работы с длинноклинковым оружием я не стал.

- Всяко оружие для своего предназначено, - многозначительно ответил я. И убрал клинок. Хорошо, что кончик в ножнах оставил, а то ещё оконфузился бы в ножны вкладывая.

- Коль ты мне подобрал, то давай на него посмотрим. Показывай.

Воевода достал из ножен меч, оставив последние на столе, отошел немного и, провернул блеснувшую на солнце восьмерку неожиданно быстро для его комплекции, сделал два выпада в сторону столба. Только щепа полетела.  Он провел по режущей кромке показывая, что никаких сколов или зацепов нет.

- Попробуй в руке, князь.

Я взял меч и попробовал. По весу это был маленький ломик. После упражнений с луком мышцы рук у меня болели.

- Ты его себе что-ль выбирал? - поинтересовался я.

- Не уж-то не сдюжишь? - притворно пробасил воевода.

- Баланса в нём нет. В руку отдавать будет, да и рукоять маловата, - ответил я.

- А какой бы ты хотел? - вступил в разговор Антип жестом остановил грозящие вылиться словоизлияние воеводы.

- Рукоять на ладонь длиннее или больше и охватом по-более, - я показал, что собственно хочу, - и клинок Уже.

- Подожди, - откликнулся Антип, - а ты Просвет и в самом деле. Сам вот себе возьми.

- Да у меня есть уже, - засопел воевода.

Спустя несколько минут Антип принёс ещё один меч в таких же ножнах. Этот оказался ещё длиннее - клинок метр примерно, зато рукоять значительно длиннее и усы гарды выведены вперёд.

- Такой пока из ножен вынешь - уже пять раз или на пику, или на меч насадят. Вот оно, оружие.

Воевода ещё раз продемонстрировал свои навыки владения мечом. Хорошо, что отроки мои не видели. Всех, их отправили отдыхать в тенёк, чтобы лишнего не углядели, где перед ними служки поставили жбан кваса и бухнули здоровый корец. Интересно было наблюдать, как антипов служка ведёт себя при этом. Мол, я вам прислуживаю, потому как гости, но если зубоскалить будете, то сразу по шее. Мои не зубоскалили. Воевода успел загонять их так, что теперь только в теньке сидеть и квас пить.

Я попробовал баланс. Да, хороший меч. По европейским меркам он к полуторным, наверное, относиться может. На поясе носить такое нельзя - по земле волочиться будет, а вот если верхом, то ничего так. Вытаскивать из ножен только сложно. Далеко вверх руку поднимать приходиться и оттуда уже рубить. Если промедлить, то точно хоть наконечник, хоть кончик меча противника поймать в неприкрытую грудь можно. В этом воевода прав. Он, когда свой средний меч из ножен достаёт ещё и локтем грудь прикрывает. Но это если неожиданно атакуют.

Отложив на стол ножны, я прошелся с новой цацой по кругу думая о том, что две цацы за раз покупать не стоит. И так дорого выходит, да и не к чему мне. Ни сабельному бою, ни тем более бою на мечах я не обучен. Так какой смысл деньги тратить? Ладно саблю из других соображений взял, а этот, пожалуй, брать не буду.

Подошва берца в полукруговом движении прошла по песку подняв облачко пыли. Меч также прочертил полукруг и остановился. Оказывается, пока думал выполнил като. Правда это было като для шеста, но для полуторного меча тоже сгодилось.

- Мастак ты танцы водить, а не изволит-ли князь Андрей потешкаться да позвенеть малость?

Воевода достал уже свой меч и отставив его в сторону вошел в круг.

- Трапезничать я уже хочу, а не мечами звенеть, - ответил я.

Против воеводы с их оружием мне делать было нечего.

- И то дело, - поддержал Антип, - тебе бы, Просвет, всё звенеть.

Ты как, князь платить будешь? Может завтра человека своего пришлю?

- Много набежало?

- Как знать, но на гривну и еще полстолько ты уже набрал. Если ещё луки своим воям возьмешь, то оно по более будет.

- Побойся Бога, Антип, сколько за каждый лук отдавать у меня никаких средств не хватит.

- Как можно, князь? Воям обычные боевые луки треба. На куну пучок. Это у Лукича лук да стрелы боярские, а простым воям и обычные сойдут.

- Это с каждым по руке подбирать? Мы так с голоду помрём.

- Зачем каждому? Их всего два размера. Если возьмёшь четыре да два, то в самый раз и будет.

- Скажи, пусть несут и стрелы тоже. Эх, не взял я у Лукича для обучения себе стрел.

- Для обучения и обычные сойдут. Так что по рукам?

- По рукам. Так, а меч этот ты тоже уже посчитал?

- За него ещё три куны. Ты не думай это фряжская работа сюда через Ростов завезённая, так что рубиться долго им можно. За это я тебе слово даю.

- Добро.

Я рассчитался с Антипом. Теперь нужно было подумать, как всё купленное добро на себе увезти. Вроде и не так много: сабля, меч, лук в собственном кофре, да ещё две полных торбы стрел. Лук уже уютно устроился на спине, там же прикрытая накидкой сайга. Со сложенным прикладом и будучи прикрыта собранным в подвязь плащом она никому в глаза не бросалась. Туда же я поместил прямой меч перехватив ножны дополнительно веревкой и из неё же сделав петлю. Торбы разместились по бокам моего коня в перекидных сумах. Так что никакого дискомфорта.

- Вот, князь, тебе от меня подарок, - Антип передал мне принесённый служкой щит, - я всё думал, чего тебе подарить? Кистень? Так вроде мало за такую-то богатую закупку. Смотрю ты без щита ездишь. Так что не побрезгуй.

Я взял щит. Был он довольно тяжелым. Овальной формы в отличие от распространенных тут круглых щитов. Изнутри обтянут кожей. Снаружи хорошо обработанная доска сантиметра два толщиной.

- Дубовый на железной клети. Окованный с торцов, как водится. Долго тебе прослужит, а и порубит его ворог, так новую доску прикрепишь и опять он служить тебе будет.

- Спасибо Антип, - я приложил руку к груди в знак искренности и слегка поклонился.

- Пустое. Ну что, други мои, а съезжу и я с вами до трапезной.

- А и съезди, - весело откликнулся воевода.

Новобранцам, понятное дело, пришлось идти пешком, но зато в трапезной они наелись от пуза.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить