Часть 1. Глава 5.

    ГЛАВА 5.

    Комнатёнку мне выделили небольшую - квадратов восемь не  больше.
Впрочем, что-то мне подсказывало, что они тут все небольшие. Отапли-
вать большие помещения забава накладная.  Эта комнатка  в  настоящее
время была неотапливаемой и,  соответственно,  нежилой.  Может мне и
предлагали какое-нибудь теплое место для ночлега,  но тогда я  этого
не понял.  А  может не предлагали.  Комнатку мне показали и я решил,
что заселяют сюда.  Может они предлагали мне тут вещи сложить? В лю-
бом случае квартирный вопрос был решен.
    Тут конечно царили минусовые температуры,  но как я  понял,  мне
разрешили использовать печку.  По крайней мере слово "печь" в разго-
воре мелькало, но положа руку на сердце, в каком контексте? Если пе-
ревести на русский язык-то,  что понял я,  то разговор сложился при-
мерно такой:  "Холодно тут. Мороз говорю." Мне кивают: "Да холодно."
"Чего же  печи  нет?"  Мотают головой:  "Нет печи".  Что-то говорят,
что-то в том смысле, что тепло есть, печь есть, но там. "А свою печь
я поставить могу".  Можешь.  Это я так понял.  Ну и ладно. "Окна тут
вообще есть?  Окно говорю есть?  Свет?  Солнце?" Да,  да, - отвечают
мне.  Ставнями закрыто.  Ну так откройте.  Нельзя. Холод. мороз. Мне
окно нужено. Открывайте. Ну и так далее. В конечно итоге ставни отк-
рыли.  И оказались они деревянным сшитом из плотно согнанных дубовых
досток в расклин вогнанных в оконный проём щитом. Причём проём был с
собственным  косяком  из  двух струганных и поставленных вертикально
брусков.  Вот в них-то и устанавливалась ставня.  И ещё  выяснилось,
уже при нормальном освещении,  что открывать эту ставню небыло ника-
кой необходимости,  так как в наличии имелось небольшое вентиляцион-
ное  окно  заткнутое  какой-то соломой да ветошью.  Этого окна мне в
принципе было достаточно. Ставню вернули на место.
    Больше времени  я провозился устанавливая свою печь - а мне что?
Я же напиленные два полена с собой притащил,  как только узнал,  что
те двое мужиков были с телегой и лошадью.  Мужики в общем-то не воз-
ражали, хотя конечно разрешения на то,  чтобы погрузить свои вещи им
в телегу я конечно спросил. Поняли или нет? Вроде мы друго друга по-
нимали. Но как бы в общем контексте.  Так сказать направление  мысли
собеседника, но вот о чем конкретно спрашивали меня, - точно сказать
не берусь.
    Найдя место для печки такое,  чтобы труба могла выходть в вытяж-
ное оконце, но при этом длина трубы от печки до вывода дымохода была

                               - 2 -
как можно больше,  я разжёг огонь.  Теперь стало веселее. Хоть и хо-
лодно. Но это ничего. Комнатка маленькая - согреется быстро.
    К этому времени на улице должно было уже стемнеть. Не знаю легли
хозяева спать или нет, но меня они оставили в покое практически сра-
зу же,  как мы разобрались со ставнями.  Тут наверное нужно сказать,
что строение,  в котором я находился,  скорее всего называлось тере-
мом. Это было изначально скоре всего двухэтажное бревенчатое здание.
Первый этаж сейчас как-минимум на половину был под снегом и  местные
совершенно  не спешили этот снег сгребать.  Оно и понятно - так теп-
лее, меньше дров нужно.  Жили они, по крайней мере сейчас, на первом
этаже. Видимо  там  же располагались и печки.  Труб и дымоходов я не
заметил - значит хоть и терем,  а топили по-чёрному. Второй этаж, по
крайней мере сейчас,  использовали, как большой холодильник. Было ли
отопление второго этажа посредством дымоходом или печей мне известно
небыло, но  что-то сомнительно учитывая отсутствие дымоходов на кры-
ше. Само строение,  - домом я его назвать не могу,  а на счёт терема
всё же сомневаюсь,  было длинным - метров тридцать.  С торцов к нему
примыкали какие-то хозяственные постройки. Тоже из, как в наше время
говорят, нецилиндрованного  кругляка,  но  они вряд-ли были жилыми -
больно уж там кругляк был тонок.  Сантиметров по пятнадцать не боль-
ше. Это в наше время, когда изнутри ещё несколько сантиметров синте-
тического утеплителя, да вагонка, а снаружи сайдинг. И водяное отоп-
ление с газовым котлом,  - такой дом считается всесезонным. Здесь же
даже печное отопление было специфическим.  С другой стороны  знал  я
ещё очень мало.
    В качестве освещения использовали маслянные  светильники.  Собс-
твенно с таким вот светильником мне и демонстрировали комнату. Прав-
да входная дверь этой комнаты выходила на открытую веранду.  Так что
при открытой  двери освещение хоть какое-то попадало.  Окно с другой
стороны комнаты,  выходило по-видимому на балокон выступающий за ос-
новную часть  строения.  Насколько  успел заметить из-за нанесённого
снега от балкона до сугроба было всего метра полтора.
    Вот примерно  такое  строение.  Не знаю понятно-ли что-нибудь из
моего описания,  но у меня у самого еще небыло чёткого представления
о строении в частности, и о поселении, как более общем и, вообще, ни
о чём местном. Приютили и ладно. А то, что неотапливаемое помещения,
так в общую спальню я бы чужака тоже не пустил. Так что всё нормаль-
но. А может это даже и почётно - откуда мне знать?
    Держать дверь открытой, что бы протапливать по-чёрному, мне было

                               - 3 -
не нужно.  Поэтому плотно прикрыв дверь, я зажёг свеодиодный кемпин-
говый фонарь, каким обычно освещают большие палатки или центр турис-
тической стоянки.  Хотя и оставленную лучину не  галил.  Чадит  лишь
слегка.  Вытяжка  имеется  -  помимо использованной мной под дымоход
нашлась ещё над дверным проёмом.  Только Уже и длиннее. И тоже закт-
нута чем-то вроде войлока. А может этот он и есть, только не до кон-
ца обработанный.
    Когда в комнате стало тепло настолько, что появилась потребность
раздеться,  я  решил получше осмотреться.  Собсвенно в комнате кроме
меня и печки была ещё скамья. Только очень широкая  - метра полтора.
Стояла она на струганных брусах и вид имела основательный.  С ручным
фонарём,  выставленным на меньше среднего, чтобы не слепило, я прос-
мотрел,  что есть под этой скамьёй,  но ничего там не обнаружил. За-
нялся осмотром стен и потолка.  Собсвенно осматривать  было  нечего.
Всё  кругом было из струганного по крайней мере с моей стороны бруса
примерно одинаковой толщины. Щели и швы проконапачены. Трещин в дре-
весине было не так много и наиболее крупные из них тоже проконапаче-
ны.  Нигде,  кроме открытого  мной  венитиляционного  отверстия  над
дверью не поддувало. Добротно сделано.
    Единственное, что мне слегка тревожило - и дверь и ставня на ок-
не открывались наружу.  Подопри дверь полешком и выйти я уже не смо-
гу. Окошко в общем-то маленькое. Пролезу или нет - большой вопрос. В
любом  случае придётся смириться.  Идея спать с открытой дверью меня
не впечатлила.  Холодно. У меня дров не хватит, да и не бодрствовать
же всю ночь?  А кто мешает пока сплю прикрыть и подпереть? Закрыться
изнутри я тоже не мог. Ни замков, ни крючков, ни засовов.
    Пора было поесть по нормальному, а для нормальной еды требовался
кипяток. Я  взял оба мешка от спальников и вышел на веранду.  Или это
была не веранда, а просто широкий коридор? Где спускаться вниз я за-
помнил, но тут меня ждало некоторое непредусмотренное неудобство. На
улице было темно.  Совсем.  Проще всего было надеть налобный фонарь,
но  что-то не лежала у меня душа к подобному решению.  Так что приш-
лось вернуться в комнату и,  предварительно погасив свой электричес-
кий фонарь,  взять светильник местного производсва.  Если бы мне его
не оставили,  я бы конечно в такиме сложноси вдаваться не  стал,  но
раз оставили, то буду пользоваться. Ружье в одну руку, фонарь в дру-
гую и вперёд. Спускаться во двор не потребовалось, да и не хотелось.
Хотя там было тихо,  но неужели же там не выпустили собак?  В  лесу,
кстати, был слышан волчий вой.

                               - 4 -
    Снегу решил набирать прямо с крыши над верандой.  Здесь, как и в
моей нынешней комнате,  потолки были низкими.  Меньше двух метров, а
что  бы  войти в комнату приходилось изрядно пригибаться - притолока
отстояла от пола хорошо если на полтора  метра.  При  этом  виденные
мной за сегодня местные жители, а видел я уже пятерых, карликами не-
были. Может чуть ниже меня,  но это отнюдь не исключало рослых  дву-
метровых белокурых и прочее, и прочее, и прочее.
    Попробовав обухом ножа образовавшуюся на кромке  досчатой  крыши
наледь  я  стал счищать снег с неё и ссыпать в мешки.  Когда уже был
заполнен первый и начал заполняться второй на моем  балконе  повился
тусклый свет. Я пересал ковырять снег со льдом и пошел назад к своей
комнате, так как  по мере сбора снега отдалялся её, но ружье переме-
щать за собой на этот раз не забывал.
    Это оказалась прежняя парочка:  молчаливый мужик да баба.  Собс-
венно они  и  были  до этог моими основными провожатыми помогая все-
литься. Только на этот раз светильник держал бородач,  а у  бабы,  -
почему-то мне казалось,  что это девка, хотя по бесформенной одежте,
- тулуп?  Шуба?  Нет, всё это не те описания, - и многослойному явно
шерстяному платку  на  голове,  понять  что либо было нельзя.  Глаза
только зоркие молодые.  По началу эти  глаза  смотрели  на  меня  со
смесью любопытсва и страха, у мужика, кстати, тогда читалось недове-
рие и боязнь,  или робость,  что скорее, а теперь у бабы было больше
любопытства. Мужик поглядывал недоверчиво и супился.  При мне он се-
годня постоянно супился. Может характер такой?
    Так вот,  мужик, как уже сказано, держал светильник, а у бабы на
руках было что-то завернутое во толстый слой ткани.
    - Отведайте,  - дальше я не очень разобрал,  но в том смысле что
чем Бог,  мол,  послал.  Хоть бы говорила чётче, а то концовку фразы
явно проглотила.  От  смущения что-ли?  Так чего меня смущаться?  Не
добрый ведь молодец?! В смысле не молодой.
    - Ну спасибо. Порадовала. Так заходите чего же соять?
    Тут я сообразил, что в комнате моей темень непроглядная. И пошел
вперёд. Вот где сказалось отсутстве навыков использования таких све-
тильников. И у мужикак и у меня светильники были одного типа. Глиня-
ная плошка с неровным,  видимо специально так сделанным, краем в ко-
торой было жидкое топлво.  Это было не масло в привычном мне понима-
нии. Запах странный, незнакомый. Вполне возможно, что это была смесь
масла,  смолы  и продуктов перегонки этой смолы вроже скипидара,  но
точно сказать я конечно же не возьмусь. Во всем этом был пристроен и

                               - 5 -
зацеплен за край фитиль. Что-то из высушенный и растертых раститель-
ный волокон.  Плошка крепилась на трех подвесах сходящишся к недоль-
шой деревнной ручке.  Что за нить - я не разгядывал ещё. Может какой
крученый конский волос. И вся эта конструкция, если держать на весу,
около полуметра.  Скорее на церковную лампаду похожа. Только лампады
я видел мирно висящими возле стен.
    Техника освещения этой штукой была,  конечно,  элементарной. Хо-
чешь,  напрмиер, лицо человека разглядеть - поднимаешь руку вверх, а
хочешь  что  бы дорогу при ходьбе освещала - опускаешь до пола иначе
тень от самой плашки не даст ничего под  ногами  увидеть.  Мужик так
свой светильник и держал - почти возле пола.  А я поднял его на уро-
вень груди.  Если бы не второй светильник,  то со своим я бы  обяза-
тельно споткнулся о ненормально высокий порог.  Прямо как на морских
судах в каютах матросов - был я когда-то на рыболовецком судне в ка-
честве туриста.
    Зайдя в  комнату я повесил светильник на крюк возле входа и пос-
тавил ружье прислонив к стене.
    - Заходите, - помахал руками зовя к себе.
    Заходить они не стали. Баба, не переступая через порог, протяну-
ла с  мне свой сверток.  Мужик смотрел на мою печку,  но по прежнему
молчал.
    -И что тут у тебя?  Да ты заходи да пол на лавку ставь, да пока-
зывай. И нечего моё жилище выстуживать. Суда идите.
    Не знаю  что-именно поняли мои благодетели,  но в комнату зашли.
Правда тут же встали у порога.
    - Девь закрой.  Холод же идёт.  А ты,  красивица,  проходи да на
лавку своё... что принесла - ставь.
    Баба прошла вплотную со стеной стараясь близко не приближаться к
трубе печки.  Собственно это правильно.  Труба в этом месте горячая,
хоть и не светиться красным - поддув на минимуме,  а печка соответс-
твенно в режиме -тления-пиролиза.  По карйней мере так  должно  было
быть.
    Под слоем ткани оказалась плоская корзинка с крынкой и пара кус-
ков еды. Света в том углу было очень мало, поэтому я не разобрал что
это, но по виду еда.
    - Вот спасибо, - я сделал вид, что искрене обрадовался. Всё-таки
такая забота о пришлом незванном госте была  приятной.  Надеюсь  для
них не накладной. Я даже поклонился приложив руку к сердцу.
    Дальше как и до этого,  - мне что-то говорили, я благодарил, что

                               - 6 -
спасибо, всё хорошо и вообще. Собственно долго они не задерживались,
так, что после их ухода я поплотнее прикрыл дверь и включил своё ос-
вещение.
    В карзинеке оказалась крынка с молоком,  - ого!  - и два крупных
куска пирога. Нчинку я не очень понял, но что-то с белым вареным мя-
сом. Правда само тесто пирога скорее напоминало коржи или ржаные ле-
пешки, но пока было горячим, то должно было быть вполне съедобным.
    Что мне там Семёныч  про  информационно-материалную  несовмести-
мость объяснял? Вот и проверим. пробовать начал с воды. Вода как во-
да. Холодная - зубы стынут,  но это понятно - остыла. Прямо в горшке
я поставил ее на печку - пусть греется. Затем открыл топку и подбро-
сил ещё пару колотых полешков.  За время церемоии  угощений  комнату
успели изрядно выстудить.
    Теперь пироги. Откусил немного.  Тщательно пережевал. Ничего-так
вкусно. Что за мясо я не разобрал,  не курица, да и вообще не птица.
Кролик? Заяц?  Может быть.  Во всяком случае буду надеятся,  что это
именно заяц или кролик. И не задавать лишних вопросов.
    Но нужно было поесть, а то я день провёл на трех сникерсах. Оре-
хи в шоколадном батончике конечно вещь энергоёмкая,  но это всё-таки
мало. Пироговое угощение я отложил в сторону - незнакомая пища могла
сыграть каверзные шутки, а уборных тут не наблюдалось. Так что дейс-
твуя по заранее намечанному плану я перетопил снег в кастрюле. Залил
питятком пакетик с рисовой кашей быстрого приготовления.  Ещё вечина
имелась. И кофе. Вот этим и поужинал.
    В комнате опять стало тепло. Я снял верхную одежду вместе с фли-
совой поддевкой.  К тому времени вся моя одежка уже совсем  просохла
от печи.  Расложил на скамье коремат,  на него самонадувающийся ков-
рик. Спать решил в одном летнем спальнике,  так  как  замерзнуть  не
должен был.  Стены сделаны добротно,  отопление есть, - чего ещё же-
лать?
    Переоделся в своё спальное термобельё и,  пристроив рядом ружье,
улёгля спать.  Полежал немного.  Потом встал,  подкинул ещё полешко,
проверил тягу - хорошо протягивает, если что, то не угорю. На всякий
случай поставил автономный датчик угарного газа - заверищит если что
и кастрюлю  с  снегом  на  печку - что бы воздух сильно не высушило.
Болше никакох охранных мероприятий. Даже сигналку к двери не приста-
вил - сомнительно, что ночью меня пригут резать-убивать.
    Вот теперь можно ложится отдыхать. Денёк сегодня у меня тот ещё.
Хорошо хоть инфаркт не хватил от пережитого. Да, Семёныч сволочь ещё

                               - 7 -
та. И брехливая.  Кто мне лапшу на уши вешал, что никак он пряямо за
мной пройти не сможет? Что в другом месте вывалиться? А как же воло-
куши мои и рюкзак?  Ну рюкзак я возле себя подтаскивал, когда к про-
моине решил добираться ползком, а манки-волокуши точно метрах в трех
от мен были. И тем не менее за мной в эту дыру нырнули.
    Только там не промоина была. Лёд-то прочный, просто выметенный и
от того кажущийся со стороны более тёмным, как будто снизу через не-
го вода поглядывает.
    Под такие мысли я и уснул. Ночью я опять оказался на льду. Вошел
в какой-то круг,  который образовывала промоина, но это была не про-
моина, а как-будто искуственный лёд на летнем катке. При этом во сне
я чем-то возмущался, что-то кому-то доказывал. как буд-то что-то по-
нял. Сумбурный сон из которого я выскочил как-то сразу.  Никто  меня
не будил,  всё  было  по прежнему тихо.  Встал,  подбросил полешко и
опять лёг. Опять уснул.



 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить