В которой главный герой ведет отвлечённые разговоры над рыбацкой лункой.

     ГЛАВА 3.
     - Понимаешь Андрей в чем-тут дело, - Степан Семёнович посмотрел
на меня  исподлобья.  Лицо у него было синюшным.  и особенно его нос
картошкой.  Вот уж точно,  как слива. Сине-красный такая слива с не-
ровной,  крупнопористой поверхностью. Неприятная. Не стал бы я такую
сливу есть.  И смотрит исподлобья.  Но это потому что нам обоим хо-
лодно.  Да и следим мы за лунками,  а не  друг-другом  любуемся.  Во
взгляде ничего неприятного не было.
      - Понимаешь в чем дело.  За особо удачливыми  игроками,  точно
отслеживающими тренды  следят особенно пристально.  И не думай,  что
только за крупными.  За крупными все наблюдают, только их ведь никто
не трогает.  И  так ведь понятно,  что тот или иной крупный игрок не
сам по себе,  а за ним стоят могущественные люди.  Или  организации.
или даже государства. Они сами эту биржу делают и сами тренды назна-
чают. Следят, кому надо конечно, как раз за игроками мелкими. И если
такой игрок точно или приблизительно точно отслеживает все колебания
курсов, то не зависимо от его ставок к нему особое внимание. А откуда
он всё это знает? Нельзя ведь голой удачей объяснить точное следова-
ние моментальным колебаниям курсов.  Этого никто не может,  даже  те
кто задают правила игры и общие направления.  - мгновенные изменения
предугадать неспособны.  Быстро купировать чужую активность  -  это
да. На это и средства есть и возможности.
    - А много их,  этих спонтанных колебаний?  Да и много на них все
равно не выиграть. С учетом дилерской комиссии да процента за вывод
в наличку, так и вообще по нулям выходит.
    Мне тоже было холодно.  На дворе начало февраля.  Мы сидим почти
На середине реки возле рыбацких лунок. И время от времени поднимает-
ся по льду поземка.  Не мудрено, что холодно. Мои дорогие зимние бо-
тинки уже пропускают холод.  Не пропускают конечно,  но намокший  до
этого от  ходьбы  носки  теперь сильно переохладились и от них холод
идет по ступням. Ступни у меня стынут заставляя непроизвольно перес-
тупать ногами,  хоть и сижу я на стульчаке. Когда начинает мести по-
земкой под брезент моего стульчака и,  под мой  зад  соответственно,
тоже начинает  поддувать.  И  хоть одет я очень многослойно и тепло,
только вот Семёнычу сейчас намного комфортнее.  Он же как  пришел  -
ботинки скинул  и  не взирая на холод во вторые или третьи?  пуховые
носки облачился.  И в сухие валенки. То есть в одних пришел, а сидит
в других сухих. И стульчак у него другой. Из тех, что специально для
рыболовов-зимников делают.  Стул - встраивается как каркас в коробо-


                               - 2 -
образный рюкзак без затей. Носить такой сущее наказание. Искривление
позвоночника получишь если вес хоть до пуда за спиной будет.  и неу-
добно. Зато удобно сидеть вот так возле лунки. Не поддувает.  Но это
всё так.  Мелочи.  потому как сверху на себя Семёныч накинул  тулуп.
Самый настоящий.  С длинными полами.  В продаже таких уже давно нет.
Носить такой тулуп тоже не комфортно. Тяжелый. Наружная выделка кожы
дубеет на морозе.  Но вот сидеть - в самый раз.  как миниюрта вокруг
тебя. Для того и делали,  наверное.  Палатку надо купить было,-  вот
чего. Для  подлёдной  ловли.  Они  специально без днища выпускаются.
Ставятся на лёд над лункой и ветерки всякие уже не помеха.  И  деше-
вые, относительно конечно. Что-то у меня совсем из головы выпало. Не
о том думал. Не о том.
    Мороз меня всё-таки поднял на ноги и заставив немного размяться.
Погонять кровь.  В этот момент Семёныч вытащил из лунки  рыбину.  Не
большую. Грамм на двести. Вот почему я не рыбак? Даже и не знаю какая
это рыбина. Подлещик? Не знаю. Аккуратно вынув крючок из верхней гу-
бы - и всё же как ему удается подсекать так,  что рыба не заглатывает
крючок с наживкой в самые свои потроха?  - Семёныч бросил её на  лёд.
Рыбка трепыхалась. Я смотрел на всё на это, смотрел и, как-то неожи-
данно для самого себя, сказал:
    - А ведь ты, Семёныч, меня как эту вот рыбку. Подловил. Подкинул
крючок с наживкой,  на который я и клюнул.  Подсёк. И вот он я перед
тобой, как та рыбка. Да ещё сам прихел.
    Я сел назад.  Подымающаяся при этих моих словах злость, по  пути
замерзла и  когда  я уже сидел,  - никакой злости не было.  Наоборот,
как-то бодрячком себя чувствовал,  словно энергия какая-то прилилась
неведомо от куда.  Хотя,  если бы рассуждать в спокойной обстановке,
сам себе я напоминал того идиота, что радостно подписывает кабальный
для него кредитный договор.  В общем-то сам-себя напоминал, но в дру-
гой обстановке.  Тот кредит ведь до сих пор не выплачен.  И это надо
помнить.
    Семёныч посмотрел на меня. Усмехнулся.
    - Дурак  ты,  - он поднял ещё живую рыбину и бросил назад в про-
рубь, - не для того я всё это затевал.  Ну посуди сам - с тебя взять
есть чего? Для этих целей другие объекты выбирают. С кого взять есть
что.
    - Тогда почему? Зачем?
    - Много ты вопросов задаёшь.  Вопросы правильные,  но не полные.
На них ответов нет. Точнее есть, но их, ответов этих, больно много.


                               - 3 -
    Семёныч поправил свою мормышку и полез под свое седалище. Оказа-
лось, что за термосом. Только то, что это термос я позже понял, ког-
да уже была свинчена крышка и в нее полился всё ещё горячий...  чай?
отвар какой-то? Пахло душицей и чабрецом.
    - На вот согрейся. Можно ещё коньячку добавить.
    - Спасибо, но без коньячка. Мне ещё за руль.
    - Как знаешь, - Семёныч протянул мне крышку от термоса с горячим
напитком. Я взял.  Даже через варежку чувствовалось, что чашка горя-
чая.
    - Как  рыбку  тебя  подсёк  говоришь?  -  Семёныч хмыкнул носом,
всё-таки он тоже подмерзал. Но горячий напиток для согрева отдал всё
же мне первому. Вроде как старший товарищ младшему да неразумному.
    - Подержи-ка.  У меня тоже термос есть.  Да и кофейку мне хочет-
ся,-  я передал крышку-кружку-без-ручки,  из которой так и не сделал
ни одного глотка, назад. Семёныч не возражал. Мой термос лежал почти
сразу под колпаком рюкзака. И был он холодный. Хорошо хоть не замерз
- когда доставал булькнуло.  Вот же чёртова китайская поделка.  При-
дется  пить холодный.  И делать вид,  что именно этого я и хотел всю
жизнь.  Обидно всё же.  С этой рыбалкой я выгляжу полным, скажем го-
родским недотёпой. Что бы себя уж слишком резкими словами не ругать.
    - Ты говорить что-то начал...
    - Да на счёт твоей аналогии. Всё верно. И заметь. если бы хотел,
то поводил бы немного,  чтоб уж наверняка и никуда бы ты не  делся.
Не так?
    Спорить было не о чем.
    - Я тебе расскажу самую малость. В общем всё в мире взаимосвяза-
но. Этакая банальность.  Но не вдаваясь в  подробности  и  различные
времена тоже. Вы привыкли представлять, что время однонаправленно и в
присутствует в общем-то та же материя,  что и в настоящем.  И она же
будет в будущем.  Просто она меняется. Изменения идут постоянно. Ты
пьёшь холодный кофе и чужеродные молекулы воды проникают в тебя. Ка-
кие-то из них проникнут настолько, что станут уже твоими. Частью те-
бя. Всё это ты знаешь.
    - Ну да, - мне стало грустно: опять всё на круги своя - маши-
ны времени, пришельцы из будущего, попаданцы, - время есть неотъем-
лимая часть  пространственно-временного  континуума и вместе с тремя
пространственными измерениями составляет единое целое. При этом сама
по себе временное измерение ни чем не отличается от прочих.  Седова-
тельно любой материальный объект,  имеющий в трехмерном  представле-


                               - 4 -
нии, например,  форму шара,  при условии одновременного независимого
движения относительно всех измерений пространства,  в  четырехмерном
мире будет представлен не шаром, а всей совокупностью шаров, которые
существовали каждый единичный квант времени.  А так как шар совершал
пространственные движения, то его мгновенные положения не совпадают,
и конечная пространственная форма шара будет намного сложнее и в це-
лом непредсказуема,  если  не знать начальных импульсов или векторов
движения.
    - Послушай,  Семёныч,  я это писал всё уже в свое статье.  И то,
что ты или сам из будущего,  или каким-то образом получаешь достове-
рную и подробную информацию оттуда - это я понял.  Да и сложно было
не понять после твоего файлика ещё на той рыбалке.  И...  - я понял,
что иссяк. Продолжения своей фразы я не знал.
    Семёныч ещё немного помолчал,  видимо ожидая,  что я  что-нибудь
продолжу. А  может  я  казался ему полным и беспросветным болваном с
которым бесполезно разговаривать.  Который просто не способен ничего
понять из того, что ему говоришь. Может быть.
    - Я читал твою статью и знаю.  Все эти мысли наверное правильны.
а может и нет.  Вот этого я не знаю.  Я не берусь строить физическую
теорию или хотя бы образную модель мира в котором мы живем.  Я  лишь
знаю, что реальный мир сложнее и многообразнее любой модели, которую
люди могут придумать. Четырехмерное пространство?  Так с этой  идеей
ещё Герберт Уэлс носился. И довольно долго. Полжизни, а может и всю.
Нет я с ним не встречался и знаю только то,  что написано  про  него
другими людьми. Верна ли она? Отчасти.
    Ты пойми,  - продолжал он все теми же мелкими глоточками допивая
свой травный  отвар,  -  эта гипотеза или теория,  или предположение
верно лишь в той части,  в которой она может  ответить  на  какую-то
группу практических  наблюдений  и  связанных с ними вопросов.  Ну или
предсказать поведение  гипотетической  машины  времени  в   реальном
пространстве. И ты,  как и многие до тебя, правы что невозможно дви-
гаться только по одной координате.  Классический пример - падающее  с
большой высоты тело никогда не спускается строго по вертикали.
    Ты и не только ты правильно писали,  что находясь на берегу реки
в одном времени, которое мы допустим назовём настоящим, после смеще-
ния не важно какими силами в другое время, скажем прошлое, мы не по-
падем на берег той же реки.  И не только потому что реки меняют рус-
ла, а ещё и потому что механика  любого  заданного  и  направленного
движения никогда  не  может  быть  рассчитана до самого малого знака


                               - 5 -
после запятой. Не важно где тот суперкомпьютер управляющий механизма-
ми пространственного согласования в разном времени, важно только что
ты никогда не попадешь точно в те же  географические  координаты  из
которых отбыл. И ошибка эта, если её можно назвать ошибкой, не имеет
прямой зависимости от дальности прохода.  Это не брошенный камень  и
не снаряд из пушки. Люди много пишут о парадоксах времени. Мол можно
ли убить своего дедушку? И начинают крутить всякие логические построе-
ния. Мол если удастся убить своего дедушку,  то как же ты родился?
А если ты не рождался,  то и убивать дедушку не летал.  Так? Да чушь
всё это.  Софизм, если хочешь. Начать можно с того, что от дедушки в
тебе не больше одной четверти, а если генетику плотнее вспомнить, то
от этого конкретного дедушки в тебе может сотая часть так как он во-
обще носитель рецессивных признаков. Которые тебе и вовсе не переда-
лись. Дальше продолжим.  Ну грохнул ты дедушку своего и что? Бабушка
вышла за другого и от него родила.  И все цепочки,  пусть с заменой,
все равно восстановились и работают.  Тогда ты должен по возвращении
в свое время от себя другого чем-то отличаться? Так убийца собствен-
ного деда всё равно будет отличаться от того, кто дедушку любил. Так
ведь? Психологический след от содеяного всё равно останется. Поменя-
ется ли что-то материального в тебе новом?  Ну третей руки не вырос-
тет это уж точно - нет у нас в генетике признака трехрукости.  Форма
носа измениться? Допустим, но это только в случае если бабушка вмес-
то покойного дедушки выберет себе в мужья совершенно другой фенотип.
Негра, например.  У нас тут в средней полосе России негров много хо-
дит? Да и потом с чего это бабушка,  которой сначала нравились, ска-
жем голубоглазые блондины с прямым носом станет выходить за муж и ро-
жать от того же негра?  Даже если таковой случайно встретиться.  Так
что чушь всё это.
    - То есть дедушку всё-таки можно убить?  - ну не мог я не  спро-
сить. Ведь само же на языке вертелось.
    - А ты собираешься это сделать? А что мешало раньше это сделать?
Без всяких машин времени и прочего?
    - Да не собираюсь я, - честно говоря я искренне возмутился, - это
же чисто теоретическая возможность. Из твоей версии выходит что мож-
но.
    - Теоретическая возможность. В этом все проблемы людей. Их виде-
те-ли теоретические возможности интересуют.  Отвечаю. Не знаю. Захо-
чешь - проверишь. Но говорить я начал не об этом. А о том, что геог-
рафическая погрешность выхода не зависит  от  дистанции.  Дальше  не


                               - 6 -
значит, что кривее. Вот как раз в случае с дедушкой вполне может слу-
читься, что забросит куда-нибудь в такую дремучую тайгу  за  Уралом,
что и  не выберешься от туда.  Но опять же.  Не факт.  Логику работы
этих защитных механизмов мне никто не объяснял.  Сомневаюсь, что во-
обще её кто-то знает. Кое-какие прикидки конечно есть, но не более.
    - Какие ещё защитные механизмы? Гремгольдеры что ли?
    - Кто?
    - Ну пожиратели аномальной реальности вроде островков прошлого в
настоящем. Фильм такой был.
    - А-а-а,  да кажется смотрел кино, но не помню как там эти монс-
трики назывались.  Нет.  Про монстриков я ничего не знаю. Это скорее
связано с тем,  что в любом другом времени, кроме своего, ты предмет
инородный. Что  там  гласит  одно из опровержений возможности машины
времени? Если принять что вся совокупность материи  существует  еди-
новременно, то  проваливание этой материи из одной точки существова-
ния в другую приведет к тому,  что в одном  месте  материя  исчезнет
в никуда,  а в другом возникнет из ниокуда,  что противоречит закону
сохранения материи. Так?
    - Ну этот вариант фантасты обходят говоря, что в одном месте ма-
терия разрушается до энергии и в таком виде передается что бы  затем
собираться вновь. Сомнительно учитывая, что энергия и материя строго
говоря не разделимы и друг без друга не существуют.
    - Насколько  помню  говорят,  что материя и энергия вместе с ней
организована внешним информационным полем, которое даже выводят в са-
мостоятельную физическую  величину,  на вроде магнитного или электри-
ческого. Что каждому объекту физического  мира  соответствует  некая
конечная часть этого информационного поля. И в целом без разницы ку-
да его,  этот информационный пакет,  проецировать на  реальный  мир.
Можно в  конце  концов  копированием  перенести этот пакет из одного
времени в другое,  где он захватит материю и организует ее под  свою
структуру.
     - В такой формулировке не  встречал,  если  честно,  но  видимо
именно это подразумевают авторы романов о пападунцах-вселенцах. Тех,
кто вселяется в реально существовавших исторических персонажей прош-
лого. В  каком-то  произведении  так  напрямую некая сверхицилизация
скопирована целый флот.
    - Наверное.  Но если бы я стал развивать эту гипотезу, то скорее
всего пришел бы к тому,  что информация никогда не бывает обособлен-
ной. Это не выгодно.  Ближайшая приходящая в голову аналогия - прог-


                               - 7 -
рамирование. Проще использовать ссылки на  какой-то  базовый  массив
информации и  локально накапливать только изменения.  Этот же прин-
цип, насколько знаю в видеосжатии.
    - Да в программировании так и делают, - я посмотрел на Семёныча,
- а ты продвинутый, как оказалось.
    - Стараемся следовать времени, - усмехнулся Семёныч.
    - Слушай,  а куда ты постоянно смотришь?  - я уже не раз обращал
внимание, что  Семёныч нет-нет да бросает пристальный взгляд куда-то
за мою спину.
    - Не клюёт здесь.  Место не удачное.  Вон те вроде уходят. Может
туда перейдем?
    - За разговором я о рыбе забыл уже,  - смешался я. Действительно
за рыбалку я забыл.
    - Ладно посидим здесь. Время ещё есть, - решил Семёныч.
    - Время до чего? Кого-то ждём?
    - В каком-то смысле, но время ещё есть.
    - Хорошо. Ждём, - согласился я.
    - Все эти разговоры я затеял не просто так. Если ты ждешь некое-
вого откровения. Какой-то формулы которая даст ответы на все возмож-
ные вопросы,  то ничего такого у меня нет. Да и в других сферах зна-
ния, насколько понимаю, нет  никой  формулы,  способно  объяснить  не
только наблюдаемые факты,  но ещё и человеческие домыслы.  Домыслы в
этом случае отбрасываются.  Даже если в них есть некое  рациональное
зерно. Но продолжу.  О гипотезе информационного поля и его,  скажем,
использования для гипотетического переноса во времени.  Из  аналогии
можно предположить...
    - Вообще-то предположения из аналогий дурная и  вредная  особен-
ность построения какого-то доказательства.
    Семёныч замолчал почти на минуту всё это время глядя на меня.
    - Да  конечно.  Из аналогий предполагать не будем.  Предположим,
что в голове каждого человека то,  что составляет  его  личность  не
есть некий полный пакет информации,  а скорее ссылки на существующие
в окружающем его социуме,  включая и книги и интернет сейчас. И лишь
немного из того,  что синтезировано им самим. Я имею ввиду новое зна-
ния. Новая связь, которую человек построил между двумя общеизвестными
явлениями. Понятно о чем я?
    - Примерно.  Первое что мне приходит на память это теория Юнга о
архитепах. Впрочем,  я и сам как-то на одном из форумов выдвинул ги-
потезу о том,  что большинство людей не могут похвастаться,  что они


                               - 8 -
имеют своё мнение.  Ведь если попросить их объяснить на чём основано
их мнение, то внятного объяснения дождаться не всегда можно.
    - Ну вот и хорошо,  что ты меня понял.  Можно привести ещё массу
примеров, но в контексте нашего разговора.  Если,  в рамках гипотезы
информационного поля,  которую мы только что признали не совсем пус-
той, представить перенос допустим из нашего времени в даже не  слиш-
ком отдаленное прошлое, то связи с внешними информационными источни-
ками будут потеряны и что будет в результате?
    - Вместо разумного человека человек-овощ вероятно.
    - Ну не так печально.  В конце концов отключенный от сети компь-
ютер продолжает работать и приносить пользу.  Но эффекты,  когда ин-
формационный блок из одной системы не может подключиться  к  внешним
интерфейсам в  другой  среде будут.  Если знаешь,  раньше были такие
большие дискеты. Чуть больше пяти дюймов...
    - Понятно.  Язык древней Руси был отличен от современного и  ок-
ружающие попаданца не поймут.  Как и он их.  А с  дискетами  5,25  я
сталкивался. Даже парочка где-то дома лежит. Раритет.
    - Раритет. А прочесть информацию с них сможешь?
    - Не знаю. Не уверен.  Старый дисковод хранил, но может и выкинул
его уже. А купить даже через интернет... не уверен.
    - А отсюда следует что?
    - Что? Слушай, мы уже долго говорим, ты излагай монологом ладно?
    - Как хочешь, - и Семёныч продолжил монолог.
    Как со старой дискеты не считать информацию на каком-нибудь новом
планшете, или  как  флешку некуда втыкать в древний компьютер,  если
таковой найдется, так и информация скопированная или еще как-то пере-
несенная во времени также самоблокируется.  Пусть для начала это бу-
дет информация в голове пападанца. Пусть это будет полный, самый ис-
черпывающий  материал по атомной бомбе.  И пусть пападанец хочет ос-
частливить Советский Союз времен 30-х годов прошлого века.  Не  вый-
дет.  Тамошних ученых людей, кто собственно и должен будет выполнять
всю практическую работу по обогащению и т.д. охватит технический кри-
тинизм.  Нет они не перестанут понимать технические чертежи. По кра-
ней мере в том представлении, что им доступен. Но они не будут восп-
ринимать информацию от пападунца.  Их может охватить страх,  что это
происки НКВД и им грозит опасность. Не исключены и поломки в интер-
фейсах - назовем это так, раз уж используем компьютерные аналогии. У
людей начнутся головные боли.  Они будут сходить с ума.  И не только
местные ученые, но и сам пападунец. И сам он свихнется гораздо рань-
ше.  По внешне необъяснимым причинам.  Впрочем,  психологи постфакта
возможно скажут,  что высокое нервное напряжение,  возникшее на базе
внеисторического преноса...  и так далее и тому подобное. И они тоже
будут правы. Но факт останется фактом - никакой атомной бомбы к нача-
лу Великой Отечественной войны создано не будет.
    Теперь вспомним, что копируется или переносится не только инфор-
мация в голове у пападанца,  но и его тело. А тут ведь тоже есть ин-
терфейсы. Человеку надо кушать и пить. Через его тело проходит масса
материи. Даже в родной информационной среде в своем времени не  каж-
дая пища кашерна,  а в чужеродной обязательно будут парадоксы. Проще
говоря легко можно будет отравиться, например, сахаром.
    Реальный Робинзон.  То  есть не он конечно,  а реальный человек,
которого высадили на необитаемый остров и  вернулись  за  ним  через
всего три года - полностью одичал. Маугли не стал благородным прямо-
ходячим юношей.  До конца своей жизни он смог выучить  лишь  десяток
слов и при опасности перемещался на четвереньках.
    Нет. Конечно нельзя утверждать,  что пападанец  с  неизбежностью
деградирует и погибнет в новом для него мире.  Но то,  что эта новая
среда, которая уже заполнена, по-своему гармонична и самодостаточна,
будет  стремится элиминировать любую чужеродность,  - это совершенно
точно.  И речь идет именно о самом мельчайшем физическом уровне. Не-
известно  до  чего  может дойти это противодействие,  это стремление
элиминировать.  Иммунная система человека,  да и всех  млекопитающий
может взбеситься и начать разрушать не только чужеродное,  но и своё
родное.  А на физическом уровне? Термоядерный взрыв? То же возможно.
Скажешь,  что мы не если бы было так, то мы видели бы следы такого в
прошлом? Положим, что о некоей древней атомной войне постоянно гово-
рят всякие исследователи древних цивилизаций и прочего неведомого. И
ссылаются на какое-то геологические находки,  которые по их  мнению,
можно трактовать, как атомные взрывы. Не суть важно. В конце концов,
человек же не взрывается при аутоиммунном процессе, хотя аномальное
образование ацетона, метана и прочего с абсолютной уверенностью иск-
лючать нельзя. Но это уже всё домыслы.
    - О чем тебе действительно надо знать сейчас.  - это не то,  как
происходит перемещение,  а о том,  что бывает после этого, - говорил
мне Семёныч,- первое, с практической точки зрения, ты никогда не мо-
жешь попасть в конкретное заданное место.  Ни в какое.  Захочешь по-
пасть в Кремль времен Ивана Грозного - а вот хрен тебе. Хорошо если
в районе Ярославля вывалишься.  Второе, ты не можешь оставаться долго
в одном времени - чем больше сидишь на месте,  тем больше шансов по-
гибнуть.  Без разницы от чего. Третье, перемещения возможны только в
родственных средах.  В данном случае термины "мой народ" и "моя зем-
ля" не пустой звук.  Ты можешь оказаться на Волге или за Уралом,  но
никогда не в Америке. В Америку можно приплыть пароходом того време-
ни в котором оказался. Это возможно. Наверное возможно, но не пробо-
вал.  Что совершенно точно - мне неизвестно ни одного случая,  когда
переносились в Америку.  Так что считай это правилом.  Только там  и
туда где твой дом. В достаточно широком, но понятном, думаю, смысле.
Четвертое, любые идеи глобального осчасливливания мира или  какой-то
его значимой части неосуществимы и принесут только несчастья, боль и
страдания прежде всего тебе и окружающим тебя людям.  Хочешь -  про-
верь.  Пятое, никаких постоянных туннелей туда-сюда нет. Есть более
или менее постоянные каналы,  но тебе о них пока лучше не знать. За-
хочешь  искать  пожалуйста,  но  на вопрос как искать ищи ответ сам.
Главное помни:  у всего есть хозяева. И у каналов тоже. Шестое, ни-
каких эффектов бабочек нет.  Это довольно интересная идея одного ма-
тематика,  но математически описать её во всей полноте автор не пос-
чилал  необходимым.  В  любой  системе существует буферность.  И чем
дальше по времени ты смещаешься, тем более индифферентной становить-
ся система к твоему воздействию. Раздави хоть миллион бабочек - когда
вернёшься - максимум что измениться,  - кто-нибудь лишний  раз  чихнет.
При внешнем противоречии с мыслью о элиминации,  на самом деле ника-
кого противоречия нет.  В конце концов ты может решить где-то осесть
и ассимилироваться. Вполне возможно это получится и тогда тебя перес-
танет отторгать сама среда.  При этом что бы ты не делал - настоящее
из которого ты ушел останется прежним.  Только учти, что ассимиляция
как раз и подразумевает,  что ты не будешь  осчастливливать  местное
население ни пенициллином,  ни чертежом атомной бомбы. Надеюсь, пример
понятен?  Отсюда,  кстати, следует и следующий, седьмой пункт, - чем
ближе  ты  к своему времени,  тем большие эффекты от изменений будут
возникать,  но и сопротивление системы во всех его проявлениях будет
возрастать. Восьмое, банальность, но по реке плыть проще по течению.
Поэтому перемещения в будущее осуществляются проще, чем в прошлое.

     - Стой-стой подожди. Остановись на этом пункте. Во-первых непо-
нятно из чего он возникает.  Аналогия понятна, но не более. Ведь бу-
дущего еще нет.
     - Если в таком ключе говорить, то прошлого уже нет. Тогда отку-


                               - 11 -
да материальные предметы прошлого? И сколько тогда длиться настоящее
по-твоему?  Ладно.  Не отвлекайся пока. Времени мало осталось.
    - Так чего будет-то?  Заинтриговал ведь.
    - Чуть позже. Дай договорить. На чём я остановился?
    - Пункт двосемь:  в будущее попасть проще,  чем в прошлое. Ладно
принято.  И доказано. Твоим файлов доказано. По крайней мере для ме-
ня.  Да и в печати проскакивало, что какого-то очень удачного игрока
на бирже, в Америке, арестовали и он якобы признался, что он из бу-
дующего и прибыл сюда на машине времени.  Я, как и все остальные, ду-
мал, что это фейк. Выдумка. Но...
    - Читал,  - Семёныч улыбнулся,  - я тоже думаю, что это выдумка.

    Признаться я немного поперхнулся.
    - То есть как?  Ты ведь проделал практически тоже самое.
Разве что и со мной поделился информацией...
    - Поправочка,  - перебил меня Семёныч, - я не пользовался инфор-
мацией.  Не играл на бирже,  а тебе дал лишь то, что было достаточно
что бы заинтересовать тебя. Заставить предпринять действия для нашей
встречи  и  прийти сегодня сюда ко мне.  Не больше и не меньше.  Про
слежение на биржах,  как к слову и других местах,  где может выплыть
информация из будущего,  я тебе уже говорил.
    - Ну да.  Говорил, но почему ты думаешь,  что это фейк?
    - Из-за упоминания машины времени.
    - Вот отсюда поподробнее.  Ты разве не машину используешь?
    - Да-а,  - в голосе Семёныча прозвучало неподдельное разочарова-
ние,- видимо я ошибся.  Понимаешь,  я ведь не только с  тобой  такие
разговоры, а правильнее сказать, переговоры веду. Со своим интересом
от этого.  Это, думаю, должно быть понятно.
    - Это, как  раз, понятно,  - протянул я.  Признаться этот аспект
как-то вывалился из моего сознания за время разговора.
    - Ладно.  Объясню,  почему я скептически отношусь к подобной ин-
формации, - сжалился Семёныч, - машина - слово хорошее. Прямая ана-
логия намечается.  Вот что бы машина, современная автомашина, ездила
ей дороги ведь нужны.  Так?  Асфальтные. До асфальта была брусчатка,
но  и  машины были,  скажем так не современные.  Кареты с двутактным
двигателем, как у мопеда. Так? Асфальтные дороги проложены там, где
была брусчатка.
    - Ну не всегда. Сейчас объездные по голым полям тянут.
    - Это сейчас,  когда технологии известны, хорошо апробированы, а
машин столько,  что уже нужно их в обход городов направлять. Причину


                               - 12 -
со следствием путаешь. Раньше, ещё в начале прошлого века надобности
такой не было. Ни надобности, ни технологий.
    - Понятно, понятно.
    - Понятно ему.  Понятно было бы - дурость не говорил был. Дальше
смотри.  Брусчатку клали не в чистом поле, а по тем дорогам где чаще
всего ездят.  А ездили чаще всего по тем дорогам,  по которым телеги
ходили. Собственно, двухколейную дорогу эти телеги и прокладывали. Пе-
ший человек, да и конный тоже, он как зверь - тропами ходит. Всё это
я к тому что до машины должны быть телеги.  Машина по асфальту  ездит
быстро и относительно тихо - можно и не заметить.  Одну телегу можно
не заметить, только до машин их очень и очень много было. Это ведь и
создало потребность в машине. А никаких телег, временных телег мы не
наблюдаем.  Как и двухколейных дорог. Точнее их аналогов. Так тропки.
Ветиеватые, коротенькие. Как по болотам - сегодня есть. а завтра уже
трясина. Впрочем, говорил уже. Понял теперь?
    - Не совсем.  Про дороги я понял.  Но аналогия не верная.  Может
это не машина,  как авто,  а машина, как танк, например. Штучное так
сказать изделие.
     - Ладно,  танкист,  - с иронией сказал Семёныч,  - время  почти
вышло.  Ты разговор начал с аналогии рыбалки.  Мол я тебя на наживку
подловил.  Если помнишь, рыбку-то я выпустил.  Не знаю уж сколько она
там ещё проживет в реке, но не в этом дело. Ты мне поверил, чего я и
добивался.  Вон сколько всего притащил.  Это хорошо. Надеюсь ты туда
правильных вещей положил, которые тебе помогут. А вот тебе и дверь.
     - Дверь?  Куда? Где?
     - Сзади тебя. Видишь позёмка вихрь образовала. Там проход. Куда
- точно не знаю. Я уже объяснял почему. Даже если с тобой пойду, а я
не пойду,  всё равно в разных местах окажемся.  Тебе решать.
     - Кроличья нора, - проговорил я внимательно вглядываясь в снеж-
ное завихрение,- прямо посреди реки.
     - По-разному бывает,  но это  устойчивое.  Ходить  через  такие
учится нужно.
     - Куда ходить?  Семёныч,  куда?
     - Точно не знаю - сказал ведь уже.  Тебе решать идти или нет. Я
не подталкиваю и силой не тяну.
     Я всё вглядывался  в снежный водоворот.  Вообще мело уже по все
реке.  Рыбаки поснимались и почти все ушли.  А тех, что ещё не ушли
уже было  плохо видно из-за метели.  Снежный вихрь оказался довольно
устойчивым.  Не то что бы становился плотнее, но и не распадался, не
исчезал.  И лёд под ним мне не нравился.  Лёд там отличался. Вот же,
блин горелый, да там же промоина!
     - Семёныч, там промоина, - я был растерян.
     - Разве?  Да похоже.  Ну тогда понятно почему именно здесь кру-
  тит.
     Я выматерился. Наверное первый раз за разговор.
     - Ты издеваешься, да?
     - Нет. Сходи проверь.
     - Но там ведь промоина!
     - Тебе решать.
     Мне решать...  да конечно. Мне наговорить можно всё что угодно.
Дверь у него посреди реки.  Где сотни рыболовов каждый день.  Людное
же место. И то никто даже случайно?, - вообще-то сердце у меня моло-
тило уже так,  что стучало в висках. Я был на взводе. С чего бы? Это
просто  река.  Там воздух крутиться над промоиной. Что странного то?
Пойти? На слабо что ли берет? А зачем?
     Оказывается, уже присел и накинул лямки рюкзака. Нет, ну не иди-
отизм?  Добровольно идти на промоину да  ещё  с  сорокакилограммовым
рюкзаком. Да он просто социопат. Послать подальше и уехать домой.
     Рюкзак тяжело лег на спину.  Качнуло.  Я  выровнялся.  Поправил
лямки и взялся за верёвку привязанную к моим саням - волокушам.
     Схожу, а потом вернусь и в морду дам.  Или пристрелю. Всё равно
в метели никто не увидит.  Промоина, мать её так и эдак. И шеста ни-
какого нет,  чтоб поперек.  Если уж провалюсь,  то хоть шест поперек
встанет и за него уцеплюсь.  Как долго стояли морозы? Какой там лёд?
Хотя промоина в любые морозы может быть тонкой.  Если провалюсь,  то
санки на  льду останутся.  По ним выбраться можно будет или за собой
утяну? Да какие санки!  На мне же рюкзак тяжелый.  Без быстросброса.
При движении  по  льду  рекомендуют  расстегнуть  нагрудную стяжку -
расстёгнуто и снять одну из лямок рюкзака.  Ага, хрен я такой вес на
одном плече уволоку. Верёвка, вот чего. Я остановился. Оказывается, я
отошел уже метров на пять постоянно пристально  глядя  на  промоину.
Как кролик к удаву.
     - Так, Семёныч, мудрила ты этакая. Будешь меня страховать, - я
отстегнул карабин, удерживающий притороченную к рюкзаку верёвку, и та
сразу же постаралась упасть.
     - А я уже думал ты и не предложишь, - надо мной издевались. Вот
теперь точно:  вернусь - дам в морду.  Я обвязал себя в три  обхвата
пропуская веревку под рюкзаком и отдал конец Семёнычу.
     - Пошли.  Да смотри не отпусти.
     - Пошли,  - ответил Семёныч весело. Его всё забавляло. Социопат.
А я полный идиот...

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить